Лошадей на острове гораздо больше, чем людей, почти все коренастые, родной исландской породы, безумно любопытные. Завидев человека, сразу бегут знакомиться.

Из Рая в Ад и обратно. Исландия Сергея Данюшевского

Поездка в Исландию – это гонки со стихиями. Как правило, плохая погода расстраивает в путешествиях, но на этой земле нужно научиться получать удовольствие даже от самых скверных условий. Порой они бывают необычайно вдохновляющими, суровость, зачастую, – это и есть исландская красота.
Поездка в Исландию – это гонки со стихиями. Как правило, плохая погода расстраивает в путешествиях, но на этой земле нужно научиться получать удовольствие даже от самых скверных условий. Порой они бывают необычайно вдохновляющими, суровость, зачастую, – это и есть исландская красота.
Лошадей на острове гораздо больше, чем людей, почти все коренастые, родной исландской породы, безумно любопытные. Завидев человека, сразу бегут знакомиться.
Лошадей на острове гораздо больше, чем людей, почти все коренастые, родной исландской породы, безумно любопытные. Завидев человека, сразу бегут знакомиться.
Сотни водопадов на небольшом острове для нас означали по несколько десятков увиденных на каждый день в течение месяца. Но некоторые даже под конец поражали и восхищали.
Сотни водопадов на небольшом острове для нас означали по несколько десятков увиденных на каждый день в течение месяца. Но некоторые даже под конец поражали и восхищали.
Овцы, обитающие на этих землях<br>в космических количествах,<br>в отличие от лошадей, очень тупы и пугливы. Дорога – это нескончаемое шоу убегающих овечьих задов.
Овцы, обитающие на этих землях<br>в космических количествах,<br>в отличие от лошадей, очень тупы и пугливы. Дорога – это нескончаемое шоу убегающих овечьих задов.
Каждый день солнце ненадолго попадает в торец длинного ущелья. У эльфов есть несколько минут, чтобы успеть перебежать по мосту по своим делам.
Каждый день солнце ненадолго попадает в торец длинного ущелья. У эльфов есть несколько минут, чтобы успеть перебежать по мосту по своим делам.
Сидим в машине и ужинаем "с коленок". За окном «исландский телевизор» – многотонные плотные куски отколовшегося ледника сталкиваются со звуком, напоминающим раскат<br>грома. Последние туристы сейчас разъедутся, начнем обустраивать ночлег.
Сидим в машине и ужинаем "с коленок". За окном «исландский телевизор» – многотонные плотные куски отколовшегося ледника сталкиваются со звуком, напоминающим раскат<br>грома. Последние туристы сейчас разъедутся, начнем обустраивать ночлег.
Летом даже глубокой ночью так светло, что можно читать книгу. Солнце заваливается за горизонт<br>в час ночи, всего на несколько минут. Бесконечный «закато-рассвет» позволяет успеть все: погулять, пофотографировать, поужинать, устроить ночлег, а после еще случайно встретить знакомых и выпить пива, обмениваясь впечатлениями о путешествии.
Летом даже глубокой ночью так светло, что можно читать книгу. Солнце заваливается за горизонт<br>в час ночи, всего на несколько минут. Бесконечный «закато-рассвет» позволяет успеть все: погулять, пофотографировать, поужинать, устроить ночлег, а после еще случайно встретить знакомых и выпить пива, обмениваясь впечатлениями о путешествии.
Ветер настолько сильный, что если машина не стоит на ручнике, её начинает катить. Страшно, но это и есть исландский дикий адреналиновый кайф. Фотографировать можно, только прячась за корпус автомобиля, стоя на коленях. 60 секунд на улице –и срочно обратно внутрь, включать печку на максимум, подставлять закоченевшие конечности. Июль.
Ветер настолько сильный, что если машина не стоит на ручнике, её начинает катить. Страшно, но это и есть исландский дикий адреналиновый кайф. Фотографировать можно, только прячась за корпус автомобиля, стоя на коленях. 60 секунд на улице –и срочно обратно внутрь, включать печку на максимум, подставлять закоченевшие конечности. Июль.
Про отчаянную борьбу за существование рыбаков прошлого рассказывает чуть поддатый хозяин маленького музея, облаченный в костюм из кожи наподобие тех, что носили его предки. Дома строили из принесенных океаном бревен, отапливали торфом.
Про отчаянную борьбу за существование рыбаков прошлого рассказывает чуть поддатый хозяин маленького музея, облаченный в костюм из кожи наподобие тех, что носили его предки. Дома строили из принесенных океаном бревен, отапливали торфом.
Среди серого вулканического пейзажа местный мох выглядит как утечка кислоты. Издалека не верится, что это «нечто» – органическое.
Среди серого вулканического пейзажа местный мох выглядит как утечка кислоты. Издалека не верится, что это «нечто» – органическое.
Исландия до сих пор находится в активной геологической фазе. Говорят, что по Исландии можно представить, как выглядела Земля сотни миллионов лет назад, в период своего активного формирования.
Исландия до сих пор находится в активной геологической фазе. Говорят, что по Исландии можно представить, как выглядела Земля сотни миллионов лет назад, в период своего активного формирования.

У сформировавшегося под гигантским давлением ледникового льда, за счет больших размеров кристаллов, пронзительно голубой цвет – даже в пасмурную погоду.
У сформировавшегося под гигантским давлением ледникового льда, за счет больших размеров кристаллов, пронзительно голубой цвет – даже в пасмурную погоду.

Смотря на закате в мутную, но удивительно синюю гейзерную расселину – готов был поклясться, что она светится изнутри, а вовсе не за счет преломления света. Глубокая расселина рядом заполнена, напротив, кристально чистой водой.
Смотря на закате в мутную, но удивительно синюю гейзерную расселину – готов был поклясться, что она светится изнутри, а вовсе не за счет преломления света. Глубокая расселина рядом заполнена, напротив, кристально чистой водой.

Чтобы попасть в некоторые уютные и безлюдные восточные фьорды, иногда нужно преодолеть перевалы, где местами уклон гравийной дороги – 25%, порой прямо через облако с нулевой видимостью. Ощущение, что спустился откуда-то из-под небес в затерянный мир.

Вулканическая деятельность лепит хрупкие, сказочные ландшафты. Небольшие кратеры иногда даже не заметны с первого взгляда.
Вулканическая деятельность лепит хрупкие, сказочные ландшафты. Небольшие кратеры иногда даже не заметны с первого взгляда.

Место, где в июне 2004-го погиб 25-летний путешественник. Заблудился в горах и не дошел километр до сторожки. Поразительно, сколько неподготовленных безумцев идут этими тропами. В этот же день мы встретили шедшего в шортах по снегу парня, который спросил меня далеко ли ему еще. На мой вопрос есть ли у него карта, он показал бумажку с масштабом, где пятидневный маршрут умещался в трех сантиметрах.
Место, где в июне 2004-го погиб 25-летний путешественник. Заблудился в горах и не дошел километр до сторожки. Поразительно, сколько неподготовленных безумцев идут этими тропами. В этот же день мы встретили шедшего в шортах по снегу парня, который спросил меня далеко ли ему еще. На мой вопрос есть ли у него карта, он показал бумажку с масштабом, где пятидневный маршрут умещался в трех сантиметрах.
Чайки этого вида гнездятся прямо на открытой земле и любого попавшего на их территорию воспринимают как опасность, отчаянно крича и атакуя, иногда целой стаей.
Чайки этого вида гнездятся прямо на открытой земле и любого попавшего на их территорию воспринимают как опасность, отчаянно крича и атакуя, иногда целой стаей.

Морские котики очень любопытны, но пугливы. Могут до победного глазеть, пока кто-то из кучи не дрогнет и тогда все со скоростью звука исчезают в воде. Могут долго нарезать круги, высматривая – кто это тут по соседству оказался.
Морские котики очень любопытны, но пугливы. Могут до победного глазеть, пока кто-то из кучи не дрогнет и тогда все со скоростью звука исчезают в воде. Могут долго нарезать круги, высматривая – кто это тут по соседству оказался.
Считалось, что Ад в этих местах ближе всего к поверхности Земли. Едкий концентрировано-тошнотворный запах сероводорода распространяется с клубами пара над мертвой землей. Про пикник на природе можно забыть, разве что с самим дьяволом.
Считалось, что Ад в этих местах ближе всего к поверхности Земли. Едкий концентрировано-тошнотворный запах сероводорода распространяется с клубами пара над мертвой землей. Про пикник на природе можно забыть, разве что с самим дьяволом.

Тўпики – достопримечательность Исландии. Они одни из немногих птиц, которые практически не боятся человека, что, конечно же, умиляет и подкупает.
Тўпики – достопримечательность Исландии. Они одни из немногих птиц, которые практически не боятся человека, что, конечно же, умиляет и подкупает.

Автор всех текстов и фотографий Сергей Данюшевский